Почти  год мы планировали сплав по Амуру от Иннокентьевки до Комсомольска-на-Амуре, но из-за нехватки свободного времени эта затея так и оставалась нереализованной. И вот наконец-то мы отправляемся в это небольшое амурское путешествие.   

Подготовив лодки и снасти, выезжаем с Андреем в посёлок Иннокентьевка , который уютно расположился на склоне сопки,  вдоль  правого берега реки Амур. Основана Иннокентьевка русскими первопроходцами в 1896 году.  В советское время это был большой рабочий посёлок со своей судоверфью. Судоверфь была немаленькой и обеспечивала работой практически всех жителей Иннокентьевки и близ лежащих посёлков. Собирали на ней небольшие катера, лодки, вельботы и т.п. В общем, работа спорилась. Позже её закрыли, а на её базе организовали небольшой заводик по производству запчастей для небольших речных судов. Однако и он к концу 80-х годов ХХ-го века успешно «отбросил копыта».  Сегодня посёлок находится в убогом состоянии: работы нет, от былой славы судоверфи остались лишь воспоминания. Жители посёлка стараются перебраться в город. Те же, кто решил остаться в посёлке,  живут только на сезонной рыбалке и других непостоянных заработках. Некоторые сельчане занимаются собирательством дикоросов, которые потом продают на трассе Р454 Хабаровск - Комсомольск-на-Амуре проезжающим мимо автомобилистам.  

 Серое неприветливое утро. Все предыдущие дни в нашем районе шёл дождь.

Добравшись по автомобильной дороге до Иннокентьевки, выезжаем на берег Амура и начинаем готовить лодки к сплаву.

Программа сплава была следующей:

- На гребных лодках ПВХ пройти по Амуру 100 км до урочища Нижняя Эконь.

- Рыбалка: спиннинг и  донные снасти.

- Основные остановки: Малмыжский утёс, остров Аткин, остров Кеори, урочище Нижняя Эконь.

- Продолжительность сплава: четыре дня.

Сплав.

К 11:00 наши надувные судёнышки были готовы к походу и, пожелав сами себе удачного путешествия, мы отчалили от берега села Иннокентьевка. Серые тучи, которые весьма неприветливо смотрели на нас сверху, постепенно растворялись, и в этих дырах несмело проявлялась яркая синева летнего  неба.  

Первый день сплава мы решили пройти по протоке Хоринская. Это широкая (ширина 500-700 метров, протяжённость больше 30 км) амурская протока с умеренным течением. Левая её сторона идёт вдоль огромного руслового острова.  Правая, тянется вдоль пойменных обрывистых амурских берегов, поросших разлапистыми ивами, а из воды, то тут то там торчат коряги и старые топляки.  

Уровень воды в начале июня в этот год был небольшой, поэтому все более или менее перспективные места для рыбалки мы определяли без особого труда. К тому же рыба в это время продолжает активно питаться и нередко сама обозначает места кормёжки частыми всплесками, хлюпаньем и свечками. Течение в протоке при таком уровне воды было не сильным и мы могли легко переплывать по диагонали с одного берега на другой наслаждаясь не только красивым амурским пейзажем, но и «боем рыбы».

 На одном из участков протоки, в районе вытянутой песчаной косы мы наблюдали, по всей видимости, брачные игры сазанов перед нерестом. Сазаны поднимались к поверхности воды, обнажая свои бронированные крупной чешуёй спины и вновь уходили под воду. Некоторые особи выпрыгивали из воды и пролетев по воздуху пару метров грузно шлёпались оранжевым брюхом о речную гладь.  Остановившись на этой косе, мы с Андреем несколько минут наслаждались этими рыбьими плясками. Естественно я не удержался и сделал несколько забросов блесны. Но надежда случайно зацепить «речного кабанчика» так и осталась нереализованной.

Двигались мы медленно, периодически швартуясь то у одного берега, то у другого. Во время одной такой остановки я «удачно нарвался» на стайку некрупных верхоглядов. Рыба очень хорошо визуально проявляла себя в воде, хлюпая хвостами по её поверхности атакуя малька. Поэтому было не трудно определить его положение в пространстве, а значит и надеяться на успех в поимке этого большеротого хищника, тоже было не безосновательно. В итоге выудив с этого места пяток верхоглядов средних размеров, я отправился  дальше.

Пройдя примерно километр, я увидел лодку Андрея, которая была вытянута на берег, Однако самого рыбака на месте не было. Причалив к берегу, я покричал Андрея, но мне никто не  отозвался. В воду были заброшены донки. На небольшом песчаном пяточке быдли разложены какие-то насадки и прочая рыбацкая утварь. Рядом под огромной кочкой стояла полная банка дождевых червей, а на кукане привязанного к торчащей из песка коряге болтались две огромные касатки-плети.  Особых переживаний куда исчез Андрей не было, однако у меня всё же промелькнула мысль: Может медведь? И хотя на многих островах Михал-Потапыч частый гость, в начале июня встретить косолапого на берегу, у меня  случалось не часто. Взяв ружьё и поднявшись по обрывистому, глинистому берегу наверх я увидел такую картину: где-то в глубине  бескрайнего зелёного поля по  молодой траве ходит-бродит Андрей и что-то высматривает. Ещё раз окрикнув напарника и помахав ему рукой, я сел на край обрывистого берега и стал наслаждаться красотой Великой реки.  Дул слабый восточный ветер и Амур струился, как бархатная ткань, раскинутая до самого горизонта. Серых туч на небе практически не осталось. Зато появились плотные белые облака, из-за которых яркими тёплыми лучами светило летнее Солнце. На горизонте чёткими синими линиями проявлялись дальневосточные сопки за которыми начиналась непостижимая бесконечность, сошедшая с картин Альбрехта Дюрера.

Пришёл Андрей. Всё это время он пытался отыскать кузнечиков, сверчков и других насекомых, чтобы потом наживить их на крючок. Однако вся эта затея оказалась бесполезной. Слишком рано для появления этих созданий в таких местах. Пока Андрей пытался соорудить снасть «на сазана», я развёл костёр и поставил чайник на огонь. Потом вновь забрался на край обрывистого берега и улёгшись на  пенку наблюдал, как на берегу реки, над чем-то колдовал маленький человек в пространстве необъятного мира. Всё это зрелище  представляло из себя   непередаваемую картину человеческой жизни  на фоне трёх стихий. Белые, высокие облака медленно тянулись куда-то за горизонт. Где-то недалеко каркала ворона. На воде то и дело слышны были рыбьи всплески. В костре иногда потрескивали ивовые веточки.  И все эти звуки были такими гармоничными, такими правильными. Наверное, их мы и называем музыкой природы.

Закипела вода в чайнике и мы, разложив наш алюминиевый столик, сели обедать. Размышляя о красоте амурской природы, Андрей прозевал поклёвку на своём фидерном спиннинге, однако сазан уверенно зацепился верхней губой за крючок и болтался на нём почти час, пока не был выведен на берег.  Выудив сазана примерно на три килограмма, мы собрали манатки и двинулись дальше.

Сплавляться по Амуру в этот период одно удовольствие. Нет ни комаров, ни мошки, ни назойливых оводов. Дневная температура весьма комфортна для неспешных путешествий, а рыбалка дарит незабываемые минуты. Всё вокруг  пробуждается, кипит и бурлит. Раньше все эти процессы начинались с конца апреля, однако последние годы погода не радует высокой температурой и как правило всё активное пробуждение нашей природы начинается в третьей декаде мая - начале июня.

Пройдя по Хоринской протоке 25 км мы вышли к Нергенскому утёсу. На часах было около восьми вечера и нам стало понятно, что до Малмыжа нам сегодня уже не добраться. Лагерь мы разбили на песчаном берегу скалистого утёса. Место было очень уютным и живописным. Вода огибает скалистый прижим и создаётся впечатление, что Амур начинает кипеть. Даже в штиль, вода здесь неспокойна, вздыблена и появляется ощущение, будто на дне вращаются огромные шнеки. По рассказам местных нанайцев глубина в районе утёса не меньше 15 метров, а в паводок и все 20. Так же славится это место своей рыбалкой. Не редки выходы крупного желтощёка, верхогляда и аухи.

Пока Андрей занимался обустройством лагеря, я готовил шашлык из сазана и уху из плетей. День уходил в закат. Небо теряло яркие краски над головой, но при этом разгоралось багровыми лентами по облакам над горизонтом. Яркий диск Солнца быстро опускался за тёмно-синюю полосу сопок, а на темнеющем небе высвечивались далёкие звёзды.   Вечером и ночью мы не рыбачили, а провели всё это время за разговором у костра.

Проснулись рано. Лёгкий ветерок сквозил по долине Амура. Было довольно зябко, и я быстренько оживил полуночный костёр, в котором ещё шаяли вчерашние угли. С воды слышались частые всплески рыбы и пока грелся чайник, я решил покидать блесну. Зацепив проверенную колебалку, я начал бросать её в воду с черных скалистых камней недалеко от нашего лагеря. Первого верхогляда, ждать долго не пришлось. Рыбина весом примерно в три килограмма уверенно атаковала блесну недалеко от берега.  Практически сразу же попался ещё один верхогляд чуть поменьше. Андрей наблюдал за мной со стороны, саркастически хмыкал и язвительно комментировал мои уловы. Я улыбался в ответ и отвешивал в его адрес «не менее лесные комментарии». Поймав минут за десять пару неплохих верхоглядов,  я направился к костру пить чай.  Позавтракав, мы оба решили часок потратить на рыбалку у Нергенского утёса и потом двигаться в сторону Малмыжа. Рыба ловилась хорошо! Поймав за час на двоих около пятнадцати верхоглядов,  мы решили собирать лагерь и продолжать наше путешествие по Амуру. 

Расстояние между Нергенским и Малмыжским утёсом примерно три километра. Плыли мы вдоль песчаного берега. Когда-то до посёлка Малмыж ходил «Метеор» и я будучи ещё ребёнком ездил со своим отцом в эти места на рыбалку. Рыбачили мы исключительно на закидушки и спиннинги с донной оснасткой. Хорошо ловился сазан, пятнистый конь, губарь, лещ. Но основным уловом этих мест были очень крупные касатки и плети. Сейчас пристань у посёлка Малмыж полностью разрушена, людей в посёлке практически не осталось, малмыжский леспромхоз помер ещё в начале 90-х.  

Через час наши надувные судёнышки причалили к порожистому  малмыжскому утёсу. Большой скалистый выступ врезается в амурские воды и с воды выглядит, как огромная лапа дракона упавшая в широкое русло реки.  Шумит и бурлит возле утёса вода, образовывая на поверхности небольшие воронки. На крутых и отвесных скалах уцепившись мощными корнями стоят кудрявые дубы. Каменистая осыпь покрывает берег возле утёса. В некоторых местах горную породу разрезали перпендикулярные к воде ровные, как по линейке разломы. Для многих рыбаков Малмыжский утёс является своеобразной Меккой. Очень часто здесь можно встретить спиннингистов, резинщиков, фидеристов  и рыбаков других направлений. На мой взгляд ещё никто не уехал из этих мест без рыбы.

Не помню в какой книге был рассказ о рыболове, который на этом утёсе выудил желтощёка весом в сорок килограммов. Боясь порвать леску он мучился с этой рыбиной около двух часов, но всё же одержал победу над этим мощным во всех отношениях хищником. Уверен, что и сегодня в Амуре есть такие экземпляры желтощёка. Рыба осторожная, лишний раз на рожон не лезет. Ведёт одиночный образ жизни и поэтому поиск крупного желтощёка чаще походит на охоту чем на рыбалку.

Ветер поменял направление и теперь дул с юга. Мы решили провести на утёсе часа три и потом продолжить наше плавание. Я ещё не успел настроить свой спиннинг, как услышал радостный возглас Андрея. Наблюдая за тем, как мой друг вытаскивает на берег приличного верхогляда, я поторопился настроить снасть и пошёл к воде.

Верхогляды ловились, как по заказу. Чуть ли не каждый десятый заброс был атакован этим серебристым хищником.

С усилением ветра усиливалась и волна. Поклёвки ослабевали и вскоре совсем прекратились. Андрей перешёл на донные снасти, а я сменил блёсны на тяжёлые джиги. Первые минут пятнадцать не было никаких признаков на проявление активности рыбы. При этом я оборвал пару джигов,  зацепившись ими где-то на глубине.  Наверное, рыба отошла от этих берегов или потеряла всяческий интерес к нашим приманкам: подумал я и пошёл пить чай. На донку у Андрея тоже поклёвок не было. Ветер! Всему виной усиливавшийся ветер, решили мы и начали собираться. Пока мой напарник укладывал вещи и снасти в лодку, я ещё раз решил прокидать джигом дно в районе скалистого выступа. Поклёвок не было.

Ветер был на попутный, поэтому мы без особого труда отошли от берега и отплыв примерно метров на сорок, качаясь на мягких волнах продолжили своё путешествие.

Солнце стояло высоко над головой и грело «рекоплавателей» (то есть нас) своими тёплыми лучами. Ветер не на шутку разыгрался по долине Амура и всё указывало на то, что очень скоро на реке будет шторм. Пройдя примерно 10 километров мы поняли,  что нужно уходить с основного русла реки и наш сплав продолжился по небольшой протоке Чиган.

Зайдя в протоку мы разошлись к разным берегам. Наслаждаясь спокойной водой и неспешным течением продолжали размеренное движение по реке. Андрей снял футболку, откинулся спиной на рюкзак и надвинув козырёк кепки на лицо, принялся загорать. Я же повесив 35-ти граммовый джиг начал монотонно пробрасывать кусты и коряги торчащие из воды вдоль берега. И хотя мне было понятно, что рыба в этих местах есть, подобрать приманку  первый час не удавалось.

Сплавляясь вдоль ивовых кустов и закоряженных обрывистых берегов протоки, я то и дело слышал хлюпанье крупной рыбы, однако поймать или даже «почувствовать царапок» мне не удавалось. Пройдя по протоке примерно 5 километров и не нащупав ни одной поклёвки. Я решил остановиться прямо на воде, привязавшись верёвкой от носа лодки к торчащему около берега из воды топляку.    Холостые забросы продолжались не долго. Вскоре я ощутил хорошую хватку какой-то рыбы. Судя по тому, что рыбачил я на джиг, основным уловом мог оказаться амурский сом. Рыба давила приманку ко дну, иногда ощущались несильные, тупые рывки. По ощущениям, это очень походило на сома. Недолго продолжалось наше противостояние. И вскоре у борта лодки разинув усатую пасть, появился желто-зелёный сом. Аккуратно заведя сома в сачок, я перекинул его в лодку. Сом был некрупный, не более пяти килограммов. Но это уже не столь важно. Зная, что сомы редко стоят на дне в одиночку, я начал пробрасывать этот участок снова и снова.

Очередного сома я зацепил минут через пять. Он был чуть крупнее, но не трофейный.

Видя, что Андрей уже скрылся вдали за поворотом, я решил «свернуть удочки» и плыть дальше, догоняя напарника. 

Примерно к пяти часам вечера, мы подошли к острову Ковранский. На одном из изгибов острова мы остановились и вышли на берег размять ноги. Поднявшись повыше, я посмотрел на Амур через песчаную косу, которая вытянулась узкой лентой между основным руслом Амура и островом Ковранский. По косе уверенно гулял ветер, поднимая вверх глиняную и песчаную пыль. Амур тоже раскачался не на шутку.  Немного обсудив наши действия мы решили пройти вдоль берега острова Ковранский пока нас от сильной волны защищает песчаная коса  и если ветер не утихнет остаться ночевать на Ковранском. Но а если всё же ветер успокоится, переплыть на правый берег острова Аткин и там заночевать.  Те, кто часто бывает на Амуре знают, что ветер какой бы он сильный не был, может в одночасье стихнуть на несколько минут и потом вновь задуть с неистовой силой. Такое «неровное поведение воздушных масс» нередко помогало нам переплавляться, как на гребных, так и на моторных лодках с одного берега амура на другой. Здесь главное подождать, выдержать паузу так сказать.

Пройдя вдоль берега примерно два километра мы остановились. Вытащив лодки на берег, расположились под старыми ивами у костерка. В  ожидании улучшения погодных условий, мы сидели на берегу. Ветер-низовик гнал по воде вспененные барханы волн, как табун вольных лошадей. Амур потемнел и громко шипел своими волнами.

Мы ждали и размышляли, откуда появилось название острова Ковранский. Основное предположение, которое мы взяли за основу, была фамилия какого-нибудь революционера или первопроходца. Но спустя некоторое время (уже в городе), один местный историк рассказал, что название Ковранский происходит от слова «ковран». К сожалению, значение слова «ковран» я не запомнил, а вот то что оно родилось у древнего народа жившего в этих местах сотни лет назад остаётся фактом. Позже, с приходом на эти земли русских, к слову «ковран» приросло окончание «ский». 

К семи часам вечера ветер начал резко стихать, а волны становились всё меньше. Видя, что Чёрный Дракон немного успокоился, мы как два олимпийца попрыгали в свои байдарки и пулей пересекли расстояние от острова Ковранский до правого берега острова Аткин.

Остановились мы на небольшом песчаном пяточке у обрывистого берега. Очень уютное местечко с большим количеством сухих дров и полной защищённостью от ветра.  Быстренько «сообразили жаркий костёр», расставили палатки, накрыли на стол и усугубили по сто грам на брата… 

Хорошо… Огненная вода очень быстро сделала своё дело и я развернув пенку, как обычно подложив руку под голову,  улёгся у костра. Андрей, прибывая в образе настоящего рыбака, насадив на каждый крючок по десятку червей, забросил свою заговорённую закидушку в Амур.

Я проснулся около полуночи. Костёр по-прежнему хорошо горел. Значит, Андрей не спит. Повертев головой, я увидел на берегу силуэт Андрея, который что-то делал, подсвечивая себе фонариком.  Я не стал отвлекать друга от процесса и перебравшись в палатку снова уснул.

Было часов  девять утра, когда я открыл глаза. Друг-рыбак гремел чайной ложкой о стенки алюминиевого стакана, размешивая сахар.  

- Ну,  как ночная рыбалка? -  спросил я у Андрея, не выходя из палатки. 

- Пока ты спал, я всю рыбу выловил, - произнёс весёлым голосом Андрей.

- Ты вообще сегодня спал? – вновь поинтересовался я у друга.

- Настоящие рыбаки по ночам не спят, - с насмешкой в голосе добавил Андрей.

Понимая, что ночью мой напарник успешно отрыбачил, я вышел из палатки.

- Ну, где речные монстры? Показывай! – обратился я к Андрею.

Мы вместе подошли к берегу, где привязанные на кукан плавали два увесистых сома килограмм на пятнадцать каждый.

- Отличный был клёв, - зевая пробормотал Андрей, повернувшись ко мне немного уставшим от недосыпа лицом.  – Часов в пять утра очень крупного сома тащил. Сорвался, гад. Крючок сломал. Килограмм на двадцать, не меньше, - продолжил свой рассказ  мой напарник и пошёл к костру.

Ближе к полудню мы отчалили от острова Аткин и подгоняемые лёгким попутным ветром  направились к острову Кеори. Шли практически по фарватеру Амура. Течение реки в этом районе примерно 5 км/час, поэтому мы были уверены, что  к семи вечера подойдём к острову Кеори. 

Плыли мы довольно быстро, иногда помогая вёслами. Позади остались сёла Вознесенское и Диппы. Впереди показалась песчаная коса острова Пустынников, которая плавно поднималась над Амуром и сливалась с основным берегом острова, покрытого густыми зарослями ивы.  Мы старались оставаться в струе течения, чтобы не потерять в скорости, поэтому шли вдоль левого берега острова Пустынников по широкой судоходной протоке Диппинская.

Низовой ветер практически стих, а вот верховик продолжал свою нехитрую деятельность: то затягивал небо белыми как снег плотными облаками, то расчищал его до бездонной синевы. Все три дня сплава, нам не встретилась ни одна лодка, ни одно речное судно. Совсем безлюдно стало сейчас на Амуре. Только в жаркие летние дни, когда вода в реке прогреется до 23-25 градусов, на воде частенько можно встретить моторные лодки с отдыхающими, да и то в акватории города. А раньше, помню, частных лодок на Амуре было много. Ходили речные корабли, катера, «Ракеты» и «Метеоры».  Тягачи толкали многометровые баржи с углём и лесом.  Теперь всё это былое… Может и к лучшему..?! Не знаю…

К четырём часа дня Диппинская протока вынесла нас в основное русло Амура и мы качаясь на небольших волнах плыли вдоль правого берега острова Голбон. Голбон - большой, можно сказать огромный русловый остров. Его периметр составляет больше 50-ти километров. Остров изрезан мелкими проточками, которые иногда образуют небольшие озерца и заросшие качкой и осокой старицы. На острове гнездятся утки, а на его песчаных отмелях выводят своих птенцов амурские речные крачки.  Много на острове цапель.

 Кеори был уже в зоне видимости, когда я посмотрел на часы. Было начало шестого. Значит, мы высадимся на острове на час раньше чем планировали и у нас появляются все шансы «сообразить походную  баню».   

Около шести вечера мы успешно десантировались на левый берег острова Кеори. Андрей готовил дрова для жаркого костра, я занимался установкой палатки. Найти камни на песчаном острове не так-то просто. Но нам повезло. На берегу валялись обвязанные верёвкой несколько приличных каменных валунов, скорее всего оставленных здесь рыбаками ещё с осени, которые использовались, по всей видимости, в качестве какого-то груза. И хотя камней было не много, но на часок попарится хватит.   Примерно через пару часов мы поливали раскалённые камни тёплой водой и наслаждались горячим паром.

Андрей сказал мне, что сегодня он опять будет всю ночь рыбачить и ему нет смысла ставить палатку.

– Дело твоё, - ответил я другу и плеснул ковшик воды на камни.

Прогрев свои кости в миниатюрной парной, мы искупались в довольно прохладной воде и сели у костра. Андрей мастерил свои снасти, приговаривая: - Сегодня, я уж точно не упущу своего речного медведя… Я же, как обычно посмеивался над действиями соратника по рыбалке, отпуская в его адрес различные шуточки.

И хотя в прошлом, остров Кеори славился своей трофейной рыбалкой, сейчас,  крупная рыба  почему-то обходит эти места стороной. Хотя это очень субъективный вывод, сделанный на основе исключительно наших с Андреем рыбалок. А бываем мы на этом острове довольно часто. Трудно сказать, с чем связано наше такое  невезение в рыбалке на о. Кеори, но факт остаётся фактом.   Будем надеется на сегодняшнюю удачу.

Было примерно часов одиннадцать вечера, когда в очередной раз тишину окружающего нас мира разрезал нервный звон колокольчика. Андрей вскочил со своего стула и побежал на берег. Я остался лежать у костра будучи уверенным, что на крючке очередная крупная касатка-плеть.

- Лёха, -  раздался крик Андрея. – Тащи сачок. Сом крупный попался.

Я подскочил и побежал к своей лодке в которой лежал сачок.

Подсвечивая фонариком себе под ноги и зайдя по колено в Амур, я  вглядывался в мутную воду, где вот-вот должен был появиться сом, которого вытаскивал на свою закидушку Андрей. Умело подведя под тело сома сачок, я успокоил друга словами: - Всё… Сом наш!

Сом кстати был не больше десяти килограммов, что в очередной раз доказывало наш вывод о том, что трофейной рыбы для нас в этих местах нет.

 Ночью я не рыбачил, в надежде с утра поймать ниже по течению у обрывистых берегов острова несколько верхоглядов и краснопёров.

Андрей продолжил ночную рыбалку, а я лёг спать.

 Проснулся я рано. Высунув голову из палатки, я увидел Андрея сидящего на своём стуле около догоравшего костра . Голова его лежала на правом плече. – Спит, собака. – подумал я и вышел из палатки.

Андрей и правда спал. Я подбросил дров в костёр и пошёл на берег посмотреть, что за ночь поймал Андрей.  На длинной веревке привязанной к лодке, в воде плавали четыре некрупных сома весом не более 10-12 килограммов. А в лодке лежали два весьма неплохих верхогляда.

- Хороший улов, - крутилась мысль в моей голове. Значит, на поимку крупного верхогляда всё же можно сегодня рассчитывать.

Утро было пасмурным. И хотя на воде был полный штиль, я почему-то был уверен на ухудшение погоды и усиление ветра.

Разбудив Андрея, я поздравил его с неплохим уловом и предложил сворачивать лагерь. Андрей согласился и примерно через полтора часа , мы начали сплав. Наши лодки плыли вдоль левого, обрывистого берега острова Кеори, а мы высматривали хорошее местечко для утренней рыбалки на верхогляда. Повсюду шёл бой рыбы. Верхогляды и краснопёры, бойко гоняли малька и частенько били своими хвостами о зеркальную гладь воды.

Я привязал лодку к торчащей из воды коряги и собрав спиннинг начал прокидывать, как мне показалось перспективное местечко вдоль закоряженного мёртвыми ивами берега. Первый верхогляд не заставил себя долго ждать и уверенно схватил сверкающую стальным цветом колебалку. Затем второй. Третий. Четвёртый. Рыба была очень активна. Меня это радовало, однако понемногу темнеющее небо намекало на то, что скоро начнётся дождь.

За два часа я поймал около 12-ти верхоглядов и нескольких краснопёров. Андрею повезло чуть меньше, но в принципе он был очень доволен утренним клёвом.

 К десяти часам утра небо окончательно нахмурило свои седые брови и начался дождь. Напялив на себя дождевики, мы плыли по течению к точке выхода. Примерно к часу дня под непрекращающимся дождём, наши надувные корабли причалили к берегам урочища Нижняя Эконь и мы сошли на берег.

автор Алексей Потехин

ООО "Дальневосточная Рыбалка"

Реестровый номер РТО 019874

г. Комсомольск-на-Амуре

телефон: 8914-418-6800

Наши туры имеют спортивно-любительское направление.
У нас действует правило «Поймал — отпусти!»